Ashiya Yu
Несу в массы чушь,белиберду и счастье
Люблю

Фэндом: j-rock, «The Gazette»
Пейринг: Аой/Уруха
Жанр: яой, лав стори



***
Аой и Уруха прибыли в гостиницу первыми, разминувшись с согруппниками часа на два. Они ехали на другой машине, не поместившись в одну, но весьма не плохо скоротали время, весело болтая, делясь впечатлениями о турне и подкалывая друг друга дежурными шуточками. Из охраны с ними было всего два человека, но так как они пребывали инкогнито, никто не должен был знать о том, что парни поселятся именно в этой гостинице, а посему оба гитариста не стали придавать этому большого значения.
- Ох, не уж-то я сегодня как следует высплюсь !!! - мечтательно протянул Уруха и сладко потянулся.
Аой лишь только хмыкнул, с тоской отводя глаза от выгнувшейся от столь невинного жеста груди и округлившегося зада согруппника. Он давно уже смирился с той мыслью, что никогда не сможет признаться Урухе в своих чувствах, и предпочитал просто быть с ним рядом:
- Возможно и выспишься, - улыбнулся он и вышел из машины, остановившейся напротив дверей гостиницы.
Уруха улыбнулся в ответ и следом выбрался из авто.

***
Аой не знал, как охрана допустила это, но сейчас он видел лишь искажённое ужасом лицо Урухи, перекошенный в немом крике рот и наполненные отчаянием глаза. Визжа от восторга, толпа разбушевавшихся фанаток с остервенением рвала своего кумира, а охрана пыталась отбить у неё яростно сопротивляющегося Уруху. Вне себя от дикого животного фанатизма, девицы рвали на гитаристе одежду, вырывая клочья ткани и обливаясь восторженными слезами счастья.
Цепочки, пояс и прочие атрибуты имиджа уже разошлись по рукам и теперь, жаждущие фанатки, которым не досталось столь лакомых кусочков, буквально сдирали всё, что осталось на кумире, царапая кожу и оставляя на ней синяки.
Наконец, Аой не выдержал, и выхватив из кобуры одного из охранников ствол, пальнул из него прямо в потолок. Визг стал ещё громче и девицы как одна рухнули на пол, выпуская из железных тисков истерзанное тело Урухи. Шагая прямо по их спинам, Аой отшвырнул пистолет, и подхватив друга на руки, рванулся вверх по лестнице, уходящей из фойе на второй этаж гостиницы. Перед ним уже мчался насмерть перепуганный консьерж, показывая дорогу и услужливо открывая дверь в номер.
Уруху колотило крупной дрожью, глаза его были плотно закрыты, а пальцы, от дикой паники ставшие просто железными, с болью вцеплялись в шею и плечи Аоя.
- Тише, тише, всё хорошо, ты в безопасности, - брюнет сел в кресло и принялся успокаивать друга.
Он гладил согруппника по голове и как маленького слегка покачивал на руках. Уруха же ещё плотнее прижимался к нему, дрожа всем телом, и подозрительно молчал.
- Эй, Уру, ну я же с тобой, всё закончилось...Не трясись, - сердце гитариста вновь зашлось от смеси нежности, жалости и гнева.
Наконец, Уруха разлепил губы и запинаясь прошептал:
- М-м-мне х-хо-холод-но...
Аой вспомнил, что от пережитого стресса у людей порой падает температура, и с усилием отодрав от себя согруппника, брюнет принялся метаться по номеру в поисках пледа. На улице, как назло, стояла невыносимая жара, и тёплых одеял на этот период времени предусмотрено не было. Рыкнув в бессильной злости, Аой с болью в груди посмотрел на сжавшееся в комочек и дрожащее в кресле тело:
"Думай !!!" - мысленно крикнул он на себя.- "Душ !!!"
Парень тут же сгрёб в охапку дрожащего друга и бережно отнёс его в ванную. Усадив Уруху прямо на пол, он на полную открыл вентили, нагревая ванную, и принялся осторожно раздевать согруппника. Тот, наконец-то, дал волю чувствам и начал коротко и жалобно всхлипывать, сжимаясь в комок ещё плотнее и мешая Аою раздевать его.
- Тшшш, это же я...тебе будет тепло, - голосом успокаивал брюнет, продолжая отдирать судорожно вцепившиеся в плечи пальцы.
Ему всё же удалось преодолеть сопротивление, и раздев вздрагивающего Уруху до гола, он осторожно усадил его в ванную, направляя теплые потоки на широкую спину и растирая её рукой, чтобы быстрее отогреть. Сам же он закипал дикой яростью и злобой, видя глубокие царапины и синяки на нежной коже.
Но парень упорно продолжал ежиться и сжиматься в комок, всё никак не согреваясь и не прекращая дрожать. Тогда в голову Аоя пришла безумная мысль, и пока она владела его мозгом, он принялся раздеваться сам. Оставшись в трусах, он забрался под душ и со спины обнял друга, прижимая к груди, чувствуя его ледяные пальцы и покрывающуюся холодными мурашками кожу. В ответ на объятия, Уруха сначала дернулся, а затем плотнее прижался к брюнету.
Вода текла по их волосам, рукам и спинам, быстрыми бурунчиками закручиваясь вокруг ног и убегая в слив. Положив подбородок на плечо Урухи, Аой обнимал его руками и ногами и слегка покачивал вперёд и назад, успокаивая и тихонько напевая одну из их лирических песен. Он и не знал, что взрослый мужчина может так ранимо отреагировать на сложившуюся ситуацию, но вспомнив царапины и синяки на спине гитариста, обезумевшие глаза фанаток и их рвущие на части пальцы, сам поёжился и крепче обнял друга. В ответ Уруха неожиданно заговорил:
- Аой..они..они чуть не порвали меня, - его вновь затрясло.
- Тсссс, их ведь уже нет и тебя никто не тронет, - Аой неловко погладил друга по колену.
Но Уруха всё никак не унимался и всё больше напоминал умалишённого. Его рот не закрывался, бормоча повторяющиеся фразы о произошедшем, и не выдержав, Аой развернул лицо друга к себе, и решительно накрыл его губы своими губами. Он просто пытался заставить его замолчать, а по этому даже не закрыл глаз, внимательно наблюдая за реакцией согруппника. Глаза Урухи удивлённо распахнулись и замерли, непонимающим взглядом уставившись в лицо Аоя, но внезапно его губы шевельнулись, ресницы затрепетали, а язык робко и неуверенно погладил губы брюнета.
Не ожидав такой реакции, Аой удивился, но всё же приоткрыл рот, пропуская внутрь робкий язык согруппника и осторожно обнимая его своим языком. Поцелуй их, по началу робкий и нерешительный, внезапно стал нарастающим, снедающим и нетерпеливым, словно два любовника встретились после долгой разлуки и наконец воссоединились. Обхватив голову Урухи руками, Аой обезумев впивался в желанные губы, чувствуя, как язык возлюбленного поигрывал с его пирсингом.
Развернув гитариста к себе лицом, и усадив на колени, брюнет крепче прижал к себе свою недоступную мечту, заставляя обнимать его ногами и прижиматься голой грудью к его груди. Уруха с неожиданной готовностью отозвался на это, обвивая шею друга руками и запуская пальцы в его волосы, а ладони Аоя принялись блуждать по спине согруппника, мягко поглаживая, и словно смывая все прикосновения чужих жадных рук. Не удержавшись, его руки скользнули по упругим ягодицам, разминая и лаская их, а напряжённые тёмные соски принялись тереться о ежищиеся от холода соски Урухи.
Но вскоре затяжной поцелуй, дразнящий запах дорогого парфюма, перемешавшийся с терпким запахом кожи, и тот факт, что Уруха, совершенно голый сидел на его коленях и тесно прижимался к нему, сделали своё дело и Аой почувствовал, что дико возбуждён. С болью в груди он всё же разорвал их долгий и безумно сладкий поцелуй, прекращая ласки и отрывая руки от желанного тела. Хрипя срывающимся голосом и стиснув зубы, Аой процедил:
- Уру, стой..я...
Дико смущаясь и краснея, словно пятилетний ребёнок, он опустил глаза не в силах посмотреть на друга, но от этого жеста, его взгляд не мог не натолкнуться на пах Урухи, тем более, что брюнет всегда мечтал о том, чтобы хотя бы краем глаза увидеть возлюбленного обнажённым., но то, что он обнаружил, заставило его тут же вновь поднять глаза.
Оказалось, что блондин не менее возбудился от их поцелуя и осторожных ласк, и теперь, глаза Урухи как-то странно поблёскивали в клубах белого пара, поднимающегося от горячей воды. Аой бережно убрал прилипшую к лицу белокурую прядь волос, и погладил любимое лицо.
- Уру...
В ответ, блондин лишь встряхнул мокрыми волосами, и осторожно приблизился к лицу друга:
- Аой...
Его губы раскрылись, приникая ко рту согруппника, а тело прижалось сильнее, упираясь возбуждённой плотью в голый живот брюнета. На это Аой глухо застонал и с остервенением принялся мять нежный податливый рот губами, покусывая и посасывая проворный язык. Не раздумывая, одна его рука легла на возбуждённый член Урухи и осторожно провела вверх-вниз по стволу, на что блондин отозвался глухим стоном, выдохнутым прямо в раскрытый рот. Другой рукой Аой не переставая, гладил, мял, и ласкал мокрую кожу возлюбленного, которая теперь покрывалась мурашками удовольствия.
Оторвавшись от опьяняющего рта, брюнет спустился к нежной шее Урухи, а затем к выгибающейся груди, прокладывая губами дорожку из поцелуев и собирая блестящие крупные капли воды. Его язык подхватил мягкий сосок и медленно очертил контур тёмного ореола, заставляя превратиться его в напряжённую упругую пуговку. Уруха лишь запрокинул голову и хватал ртом воздух, получая двойное удовольствие от действий губ, языка и рук согруппника. Его пальцы до боли впивались в сильные плечи, и изредка он запускал их в намокшие чёрные волосы, заставляя брюнета прижиматься к его груди ближе и сильнее.
Почувствовав, что Уруха заведён до предела, Аой решительно снял его со своих колен и поставил на ноги, оперев спиной о стену ванной. Клубы горячего пара со всех сторон окутывали голое сильное тело блондина, но согруппник безошибочно нашёл губами то, что искал. Его рот начал медленно и осторожно ласкать возбуждённую подрагивающую плоть, а Уруха лишь вздрагивал, закусывал губы и, взяв Аоя за волосы, задавал темп и силу движений его губ.
Одной рукой брюнет продолжал сжимать округлую ягодицу согруппника, а вторая осторожно скользнула между двух половинок, нащупывая упругое узкое отверстие. Пару минут Аой аккуратно массировал его сверху, а затем осторожно погрузил один палец внутрь, не переставая ласкать языком и губами напряжённый член друга. Уруха сначала дёрнулся, ощущая вторжение, но вскоре расслабился и позволил брюнету погрузить в него ещё один палец, чутко прислушиваясь к своим ощущениям. Вскоре ему и вправду начали нравиться подобные ласки, и он не заметил, как сам начал насаживаться на влажные движущиеся пальцы, цепляющие чувствительное место внутри его ануса.
Аоя уже клинило и он уже ничего не соображал от захлёстывающего его желания, а посему он оторвался от возбуждённой плоти Урухи и резко поднялся, впиваясь в постанывающие раскрытые губы. Блондин с готовностью ответил на жадный поцелуй, а затем сам развернулся спиной к согруппнику, прикрывая глаза в ожидании неизвестности. Несомненно, Аой был готов и сам развернуть гитариста, но такая решительность слегка ошарашила его. И всё же, брюнет довольно быстро взял себя в руки, к тому же его вожделенный объект мечтаний сам предлагал себя, заставляя сходить с ума. Дрожащими руками, он нетерпеливо сдёрнул с себя трусы и упёрся подрагивающей головкой в узкий проход.
- Потерпи, - выдохнул он в ухо блондина, - будет немного больно...
Во время последних слов, он всё же не удержался и начал входить в податливое тело, продвигаясь внутрь и мысленно матеря себя за короткие всхлипы боли, рвущиеся из груди Урухи. Погрузившись на всю длину, он замер и извиняющееся прошептал:
- Прости...
Пару секунд было слышно лишь отрывистое дыхание блондина, а затем он повернул голову к лицу Аоя и выдохнул в его губы:
- Не останавливайся, мне хорошо...
Глухо рыкнув и яростно впиваясь в мягкие губы, брюнет принялся всё же осторожно и размеренно двигаться в горячем анусе, одной рукой обнимая Уруху, а другой лаская его член. Блондин лишь приглушённо постанывал, ощущая всё ярче и острее то, что происходило внутри него. Рука Аоя заставляла его закусывать губы, а движущаяся твёрдая плоть рождала просто фантастические ощущения, отчего хотелось прогнуться всем телом вперёд, а зад наоборот отставить, чтобы упругий член друга входил в него ещё глубже и ещё ощутимее. Вскоре он уже и сам подмахивал бёдрами навстречу паху Аоя, стараясь удержатся соскальзывающими с мокрой стены руками.
Густой пар уже вовсю клубился вокруг двух разгорячённых тел, скрывая их практически целиком и оставляя на них крупные дрожащие капли воды. Аой и Уруха как бешенные трахались стоя в ванной, соскальзывая и балансируя на мокрой поверхности дна. Пару раз брюнет всё же не рассчитал амплитуды, отчего оба они чуть не грохнулись, и развернув блондина к себе лицом, и облокотив его на стену, Аой теперь с остервенением врывался в его тело, но теперь уже покрывая его губы и глаза поцелуями.
И всё же так не могло продолжаться вечно и захлёбываясь протяжным стоном, Уруха не выдержал и кончил, изливаясь на живот брюнета. Аой же, ощутив, как бешено сокращаются горячие мышцы вокруг напряжённой плоти, сделал еще пару мощных толчков и тоже взорвался, заливая спермой горячее нутро друга. Придерживая Уруху одной рукой, брюнет сполз вместе с ним на дно ванной и улыбнулся, утыкаясь носом в его плечо.

***
Они не сказали друг другу ни слова, лишь глупо улыбались и хихикали, пока смывали друг с друга следы жаркой страсти.
А затем, Аой завернул любимого в махровое полотенце и бережно отнёс в одну из спален номера. Примостившись рядом, он смотрел на сияющее лицо Урухи и улыбался.
- Ты ведь знал, да ???
Светлые ресницы затрепетали и скромно опустились:
- Да, Аой, я всё видел...
Брюнет хмыкнул и осторожно убрал за ухо выпавшую на лицо друга светлую прядь:
- Отчего же молчал ???
Уруха смущённо улыбнулся и вновь потупил глаза:
- А как с таким подойдёшь ???
Брюнет вздохнул и прижал к себе друга, продолжая улыбаться и чувствуя, как улыбается согруппник. А Уруха, удобнее устраиваясь на широком плече, вспомнил, как начался сегодняшний день, вспомнил разъяренную толпу, но теперь он больше не ненавидел своих поклонников, как это было совсем недавно. Мысленно он благодарил ту орущую и рвущую его толпу, ведь не будь её, он всё так бы и мучился от того, что никак не мог решиться подойти и сказать одно единственное слово: "Люблю..."